Далее - две статьи на тему агротуризма в Беларуси. Про коллекционера насекомых из Зельвы Сергея Микановича, который открывает усадьбу-музей на деньги ООН. И про жителя Бреста Михаила Грибова, который благодаря той же программе помощи ООН обустроил хутор "Млынок", и что из этого вышло. Первая статья - из газеты "Вечерний Жодино", вторая - Радые Свабода. Наслаждайтесь сравнением, как говорится...

Сергей Миканович коллекционирует насекомых. Ловит их сачком старым испытанным дедовским методом, а ночью включает мощный фонарь и вывешивает белую простыню… Сегодня в коллекции энтузиаста из Зельвы более 500 экземпляров бабочек и жуков. Комиссия ООН выделила ему грант на обустройство музея. Усадьба «Старая весь» должна открыться в конце лета. В небольшом деревянном доме активно идет ремонт, а пока многолетние труды спрятаны в шкафах, часть в рамочках вывешена в зале городской квартиры.

Его восприятие мира завязано на воздушных созданиях. Последний экспонат ко времени нашего приезда – стрекозу Коромысло – Сергей Миканович увидел на асфальте из окна машины во время движения. Резко ударил по тормозам – так стрекоза заняла свое видное место на игле под стеклом. В коллекции собран практически весь ряд летающих насекомых западной части Беларуси.

Есть несколько экспонатов из Крыма, но основную часть составляет местная летающая живность. У каждой бабочки, жука, комарика, трутня есть своя история, иногда почти мистическая. Зловещая Мертвая голова (с черепом и костями на теле) появилась в доме случайно. «Давно мечтал добыть, но нигде не видел этой бабочки. Копали картошку, и дочка принесла домой куколку. Положили в банку, а потом из неё вышла вот эта красота», – рассказывает Сергей Миканович.

В домашних условиях появилась и королева белорусских огородов бабочка Махаон. Ярко-зеленую гусеницу подобрал сын, кормили ее листьями морковки. Одна из самых сложных задач в работе коллекционера – классифицировать насекомых. Отличия у одного вида могут быть незначительными. Только с лупой, а порой лишь под микроскопом можно разглядеть оттенки цвета, сколько полосок на члениках ножек, сколько коготков и какой формы перламутровые кружочки или жилки на внутренней стороне крылышек., глаз с волосками или без. Микроскопа, правда, у Микановичей нет, приходится выделять более крупные приметы и искать название по научному определителю.

Самый большой жук в коллекции – жук-олень. В природе также не получилось его поймать, нашел прекрасный экземпляр Сергей Миканович в забытой поломанной коллекции вредителей леса в лесничестве. Самому старому экспонату более двадцати лет, бабочка-совка сохранилась еще со студенческих времен. Насекомыми же Сергей Иванович стал интересоваться подростком.

Двоюродный брат привел его на водонапорную башню, на зиму корпус опилками обкладывают, чтобы не лопнул. Копнули опилки, а там жук-носорог. С тех пор много всего было сохранено, собрано и подарено в школы, друзьям. Последней коллекции, той самой, что помогла выиграть грант ООН, около шести лет. «В Беларуси более 10 тысяч видов бабочек и миллионы насекомых. Есть еще что ловить», – улыбается хозяин. А мечтает он половить бабочек на Мадагаскаре.

В жизненном багаже разные увлечения. Студентом работал грузчиком на ликеро-водочном заводе и собрал семь альбомов водочных этикеток, сам изучил технологию и печатал цветные фотографии. А еще возле школы, где работает учителем биологии жена Лилия Николаевна, Микановичи создали дендрарий. За тринадцать лет там вырастили 68 редких видов деревьев и кустарников.
Человека солидной наружности с сачком в руках горожане воспринимают с улыбками.

В деревне, где приобрели домик, к необычным новоселам привыкли. История с домиком тоже удивительная. Сосед у Сергея Микановича пасечник, уже пожилой человек, четыре года назад захотел подарить рой хорошему человеку – и подарил. А через некоторое время умер. Сергей Иванович, никогда раньше этим не занимавшийся, пчел сохранил и развел. Из одного роя стало пять, а после нашего отъезда хозяин поехал сажать в улей шестую семью. Появилась пасека, возле нее купили в Вороничах и небольшой деревянный дом.

Сегодня к открытию музея готовится вся семья. Придумывают сопутствующие экспонаты, изучают материалы для экскурсии. Усадьба будет называться «Старая весь». Музей насекомых и пчеловодства станет её основной особенностью.

Идея самому заняться агротуризмом появилась недавно. Долгое время Сергей Миканович работал начальником Зельвенской экологической инспекции. Сегодня он сотрудник фермерского хозяйства «Велес». Участвовал в семинарах, в подготовке документов и подумал, почему бы не заняться делом самому. «Хочется, чтобы люди увидели эту красоту, тем более, что бабочки все наши, местные, а понаблюдать за ними на природе не всегда получается. Большинство ведет ночной образ жизни», – говорит Сергей Иванович. Для нас в Зельве он провел свою первую подробную экскурсию.

Вечерний Жодино

Праблемы пачынальнікаў агратурызму ў Беларусі

У Беларусі завяршаецца праект дапамогі Праграмы Разьвіцьця Арганізацыі Аб”яднаных Нацыяў (ПРААН) вясковым турыстычным сядзібам. Спэцыялісты адзначаюць, што гэта была адзіная крыніца фінансавай падтрымкі агратурызму.

Жыхар Берасьця Міхаіл Грыбаў мае ў Камянецкім раёне хутар “Млынок”. Гаспадар кажа, што аднавіў на Бацькаўшчыне будынкі для прыёму гасьцей, дзякуючы перадусім грашовай дапамозе Праграмы ААН. Цяпер, аднак, сядзіба на замку. Паводле ўказа прэзыдэнта нумар 372, гарадзкім энтузіястам не дазваляецца займацца сельскім турызмам. Сытуацыю ўдакладняе Міхал Грыбаў:

(Грыбаў: ) “У гэтым указе чорным па беламу напісана, што паслугі па прыёму турыстаў можа выконваць толькі тая фізычная асоба, якая стала жыве ў сельскай мясцовасьці. Калі я, напрыклад, афіцыйна прымаю турыстаў, то такім чынам парушаю закон”.

Ініцыятар прэзыдэнцкага ўказу – Беларуская асацыяцыя “Агра- й экатурызму”, узначальвае якую Валерыя Кліцунова. Прычыны выцісканьня гараджанаў з турыстычнай галіны яна тлумачыць наступнымі аргумэнтамі:

(Кліцунова: ) “Пад гэтую ільготу патрапілі б катэджы. Гэты сэкс-турызм: вялізарныя й дарагія дамы. Даць ім ільготу было б глупствам”.

Нагадваю спадарыні Кліцуновай пра праблемы ўжо знаёмага нам уладальніка хутару Міхала Грыбава ды іншых спадчыньнікаў вясковай маёмасьці. Як паведамляецца ў буклеце аб турыстычным патэнцыяле, у Беларусі больш як 300 людзей, якія маюць гарадзкую прапіску, імкнуцца атрымаць занятак ў сфэры вясковага турызму.

(Кліцунова: ) “Я ведаю пра гэтую катэгорыю людзей і тых, хто жыве ў гарадзкіх пасёлках. Будзем думаць й рабіць”.

Гутарку пра тое, як дзяржава і яе чыноўнікі ставяцца да разьвіцьця сельскага турызму, працягвае сьветлагорскі фэрмэр Уладзімер Цярэнцьеў. Ён узяў у арэнду мясцовыя азёры для разьвіцьця аматарскага рыбалоўства.

(Цярэнцьеў: ) “Дзяржава ніколі не дапаможа прыватнаму бізнэсу. Ці ты селянін, альбо гарадзкі, ці яшчэ нехта. Суцэльная паказуха. Вось дай ім дадзеныя: “Колькі ў цябе ложка-месцаў? Хутчэй, тэрмінова трэба даць дадзеныя губэрнатару!” А што вы ўклалі хаця б адну капейчыну ў гэтую гаспадарку? Пад 2,5 працэнта ўзяў за мяжой грошы, каб заплаціць падаткі ў гэтай дзяржаве. Дык гэта нармальна?”.

Радые Свабода